?

Log in

No account? Create an account

журнал о...

Здравствуйте!

Меня зовут Евгений Молодцов.

Я фотограф-исследователь, путешественник и основатель интернет-галереи авторской фотографии FineArtRussia. Всегда готов к новым поездкам, необычным впечатлениям и интересным знакомствам.

1.jpg


Моя жизнь в фотографиях:



ken.jpg
IMG_3703.jpg IMG_0521.jpg img7465z.jpg
img6742y.jpg img2852ym.jpg



и ещё много-много интересного...

Я в социальных сетях:


Моя сфера интересов - самоидентификация и поиск идентичности. Мои проекты можно посмотреть здесь - http://emolodtsov.com/
Всегда открыт для сотрудничества.
Со всеми вопросами и предложениями обращайтесь по e-mail: emolodtsov@gmail.com

promo un_ricciotto april 7, 2012 21:00 5
Buy for 100 tokens
Однажды моя знакомая попросила меня подобрать фотографию ей в гостиную. Фотографию мы выбрали из моего архива после 2-часовых дискуссий: какой цвет гармонирует с салатовым, бежевым и какой формат лучше будет смотреться над диваном. Этот этап мы преодолели. Затем пошли в фотомастерскую, отдали…

В 3-ей части путешествия мы перебираемся на архипелаг Вестеролен, где нас ожидают пляжи с белоснежным песком, туман с моря и необычные пейзажи. 

А в 4-ой части мы оказываемся на Лофотенских островах, которые одаривают нас белыми грибами, селёдкой, прекрасными видами и северным сиянием на прощание.

Все 4 части рассказа о нашем велопутешествии по Северной Норвегии теперь на сайте

Read more...Collapse )

Вторая часть рассказа о нашем велопутешествии по Северной Норвегии. На нашем пути остров Сенья - место, где живут тролли, находятся крутые фьорды и белоснежные пляжи.

После отдыха в Тромсё начинаем неспешный путь к Сенье. На выезде из Тромсё встретили двух белорусов на машине с велосипедами на багажнике, тоже едут на Сенью и Лофотены.
А мы потихоньку выбрались из заливов и фьордов, пейзажи стали спокойнее и, наконец, вдалеке мы увидели настоящее море, грозное и бескрайнее – Норвежское.
Вечером у нас ещё один паром, который доставит нас на Сенью. Сенья, кстати, второй по величине остров Норвегии после Шпицбергена.

Читать дальше

Как живёт самая счастливая страна в мире? А именно Норвегия согласно World Happiness Report считается таковой. Ради того, чтобы узнать ответ на этот вопрос, я пожертвовал самым тёплым месяце в Питере и отправился с Ильёй за полярный круг в Норвегию. Кроме того, я полагал, что, возможно, это страна и с самой красивой природой в мире, фотографии Лофотен и Сеньи не давали мне покоя. А ещё это лучшая страна в мире для туризма, говорят многочисленные рекламные проспекты Норвегии. Но есть подвох и следствие всего этого – высокие цены, как оказалось, даже выше, чем в Швейцарии, которую я посетил в прошлом году. Первоначальный план проехать всю Норвегию с севера на юг был невыполним, учитывая запланированный месяц на это путешествие, и мы решили ограничиться Северной Норвегией – попасть на Лофотены и Сенью через самую северную точку и единственное соприкосновение границ России и Норвегии.

Читать дальше

Как художник, который работает с темой идентичности и тоже обращается к теме заброшенных деревень в своих проектах, не могу не прокомментировать проект Данилы Ткаченко «Родина». Кто не видел – несколько фотографий из проекта и интервью Данилы на кольте или на сайте автора

Данила Ткаченко "Родина"

Меня задел за живое даже не сам акт, а то как художник говорит об этом. Вкратце – я не хочу в этом разбираться, не хочу исследовать, почему так (пожил 2 года в деревне и хватит), проще взять и сжечь. Чем мы и занимались всё время – Революция 1917 года, резкая смена политики в отношении малых народов в 30-х и депортации, репрессии, Перестройка и т.д. Эсхатологическое ожидание, ожидание конца света... Ок, допустим, автор и хочет это показать и добивается этого повторением метода в своей художественной практике. Мне как исследователю и художнику мало констатации факта. Я итак знаю, что мы такие и я такой. Но что с этим делать?

Read more...Collapse )

Решение поехать в Абхазию долго вызревало. Сначала мы хотели поехать в Кодорское ущелье, но нас отговорили – сложно получить разрешение, да и довольно опасное там место. Затем я начал искать интересные маршруты, так что можно было бы заехать в горы одном месте и спуститься в другом, но ввиду довольно плохо развитой дорожной сети в Абхазии, вариантов было немного. Хорошая дорога ведёт только к туристической Рице, затем придётся преодолевать пеший перевал Доу (небольшой по высоте – 1400 метров, но с очень крутым подъёмом и спуском), чтобы спуститься в Сухуми. Но я нашёл пару отчётов велосипедистов, а раз до нас его проходили, то мы чем хуже – ну помучаемся на перевале и делов, зато не придётся спускаться той же дорогой, что и привела нас в горы. Но не всё было так просто...

На пути к горному селу Псху

Читать дальше

Лето сложилось так, что в этом году выбраться в Вепсский лес не получилось. А на душе было неспокойно – будто чего-то не хватало, точнее не чего-то, а уже ставшей ежегодной традицией - поездки в Вепсский лес. Прогноз погоды дал надежду на золотую осень, и я сразу же купил билеты на ласточку до Лодейного поля. Первый день как всегда – заброска. Нужно проехать за 9 часов 100 км – задача решаемая, но выматывающая. Больше половины из 100 км ехал по асфальту, после Алёховщины пошла грунтовка вдоль реки Оять, здесь я уже был в мою самую первую поездку в Вепсский лес. Тогда мне этот участок показался неприятным и долгим – стояла жара и было очень пыльно. Но сейчас я пролетел 40 км грунтовки значительно быстрее и как раз на закате подъехал к Ярославичам.

Читать дальше

Собрал все рассказы о велоэкспедициях, карты, статьи и лайфхаки, обзоры снаряжения в одном месте http://travelonbike.ru/
Как вам?



Обычно в велопутешествия я брал по 3-4 фонарика: налобный петцель, фонарик-передний свет на руль велосипеда, фонарь на гибких ножках для подсветки чего-либо или как стационарный свет. По сути можно было бы обойтись только налобным фонариком, но для фотосъёмки он никуда не годится. А есть ли вообще универсальный компактный свет, который стал бы хорошим помощником для фотографа в путешествиях – задумался я!?
Полгода назад в руки мне попал LED светильник Manfrotto LUMIE MUSE – самый большой и яркий из новой компактной линейки LED-светильников для съемки, как видео, так и фото. «Большой» тут неуместное слово – его размер 9*6*3 см и вес всего 175 грамм.



Яркий – вполне уместное. Мощность светового потока: 550 Lux на 1 м, его обеспечивают 8 мощнейших светодиодов. Светодиоды для новой серии были разработаны с нуля и обеспечивают суперяркий свет, точную цветопередачу и световую температуру 5600 К. Удобно, что есть 4 уровня диммирования, можно отрегулировать интенсивность света. Хотя в самый разгар ночи даже самый слабый режим для выдержек от 15 секунд уже слишком яркий и приходится ещё сильнее приглушать яркость, поместив носовой платок перед светильником.



Read more...Collapse )

Выставка "Вепсский лес"

До 12 января в Санкт-Петербурге в галерее "Фотодепартамент" идёт моя выставка "Вепсский лес". Я попытался создать атмосферу потерянности, заброшенности. На выставке представлены фотографии, видео, инсталляция, звук. Эту атмосферу не передать через изображения, так что приглашаю посетить выставку и прочувствовать/прорефлексировать в самой галерее.





Небольшое описание:
В течение последних трёх лет я совершил четыре длительных путешествия по исконному центру расселения вепсского народа — вепсскому лесу, исследуя заброшенные деревни. Ассимиляция вепсов (если в начале XX века вепсов было более 30 тыс. человек, то сейчас, по данным последней переписи населения, их осталось менее 6 тысяч) во многом произошла из-за политики насильственной ассимиляции культур небольших народностей в конце 1930-х годов, действий государства 1950-60-х гг., направленных на изменение традиционной системы сельского расселения (политика ликвидации «неперспективных» деревень), административной и территориальной разобщенности (упразднение вепсских национальных районов в Ленинградской области и Республике Карелия в 1938 году). Во время моих путешествий по заброшенным вепсским деревням я буквально внедрялся в пространство и время – «переформатировал» его: проецировал архивные фотографии, сделанные в этих местах около 100 лет назад, на срубы полуразрушенных домов, обращался к мифологии вепсов, к вепсскому эпосу и ритуалам, представлял себя вепсом и пытался пережить заново травму народа, повторял тот путь, которым народ уходил из вепсского леса. Моя интервенция в какой-то мере повторяла действия государства – она репрессивна и по отношению к месту и по отношению ко мне. Я, как человек без конкретной локальной/региональной принадлежности, без принадлежности к малому народу, чувствовал в себе желание и необходимость присвоить чужую идентичность, историю, боль и травму вепсского народа. Зачем мне это? Ведь это стремление граничит с невозможностью. Мне кажется, что чувство связи с родной землёй, своими корнями – необходимое условие для самоидентификации человека даже в условиях формирования современного «сетевого» общества «туристов».